Жизнь - полёт плевка над пропастью

Недолго господин Збигнев Бжезинский радовался победе над СССР и положением США в качестве глобального гегемона. Америка постепенно сползает в острейший кризис. Начинается тихий процесс дележа «американского наследства». Победоносные войны против Югославии, Афганистана и Ирака постепенно сменяются унылой реальностью предвидения тупика.
 

Америка
Признаков ослабления США и начала передела их сфер влияния всё больше и больше. Давайте навскидку перечислим их:


1. Долларовая система международных платежей теряет доверие. А её крах означает крушение гегемонии США. Скоро американскому политическому истеблишменту станет не до глобализации и внешних проблем. Пока они безнадежно увязли в Афганистане и Ираке. И у них не хватает войск для продолжения войны.


2. Иран откровенно подхихикивает над Вашингтоном и дожидается своего часа. Когда американцы уберутся из Ирака, Иран постарается прихватить половину его территории. Иран планирует стать региональным лидером с ядерными баллистическими ракетами. А пока Иран в пику Америке заявил о желании продавать нефть не за доллары, чем сильно озадачил весь финансовый мир.


3. Ничего не могут поделать американцы и с Северной Кореей. Блефует она или нет, но, скорее всего, она тоже станет обладателем ракетно-ядерного оружия.


4. Исламский мир готовится к введению ещё одной, помимо евро, альтернативы доллару — золотого динара.


5. Китай без шумихи занимает брошенные СССР зоны влияния в Африке и Азии, активно проникает в Сибирь и в бывшую советскую Среднюю Азию, активно работает в Австралии.


6. США утрачивают контроль над Латинской Америкой — зоной их безраздельного господства. Уго Чавес в Венесуэле ведёт проводит самостоятельную антиамериканскую политику. И ему вторят другие. Недавняя поездка Буша по странам Латинской Америки сопровождалась массовыми протестами населения и показала степень нелюбви к Америке.


7. Индия приступила к программе создания ядерного подводного флота и выходит на передовые позиции в информационной и биологической технологиях.


8. Россия нефтегазовым мечом устанавливает своё политическое и экономическое влияние в Европе, ближнем зарубежье и в Азии. И тоже, как и Иран, заявила о желании продавать энергоресурсы за рубли, а не за доллары.


Что дальше? Скорее всего, мы будем свидетелями грандиозного обвала США. И пока американцы не в силах это предотвратить. Жалкие потуги втянуть в свою орбиту Грузию, Украину, разместить ПРО в Чехии и Польше, воинствующие заявления в адрес России – всё это мелочь в сравнении с грядущим кризисом. Процесс идёт лавинообразно. А это означает сочетание упадка мировой сверхдержавы с глобальным системным кризисом. Трезвые и дальновидные политики некоторых государств уже начали борьбу за варианты своего будущего, за сферы влияния и доступ к природным ресурсам.


Европа
Упадок угрожает не только Америке, но и Европе. Она постепенно меняет своё самобытное лицо и теряет национальную самоидентификацию. Европа покорно легла под англоязычие, но превращается в Азию. Белое коренное население стареет и сокращается. Страны Евросоюза наводняется пришлым населением, которое вовсе не собирается ассимилироваться, менять свою культуру, религию, привычки и обычаи. Наоборот – воинственно наглеет. Идёт замена этноса. Почему это происходит? Потому что «демократические» отцы политики думают не о культуре, а о деньгах. Принцип глобализации – «Прибыль превыше всего». Кривые приоритеты. Европа трусливо робеет перед исламской экспансией, потому что уже наводнена пятой колонной. Может быть, в умах сильных мира сего зреет мыслишка повоевать с исламским миром чужими руками (догадайтесь с трёх раз, чьими?). Что дальше? Или сыто спящая Европа проспит саму себя, или где-то вылупится очередной фюрер с лозунгом – «Вон инородцев из моего дома!» Нас от этой беды пока спасает наша бедность. И когда «азиатская» Европа высокомерно поучает нас и упрекает в азиатчине, мы снисходительно улыбаемся.


Слегка подумаем
С чего началось медленное самоубийство западной цивилизации? С торжества либеральной идеологии, исповедующей принципы ничем неограниченного империализма.


Вспомним. 1989 год. В СССР брожение умов и запах его развала изнутри. Собралась «большая семёрка» и выработала общие принципы. О чём они договорились?


1. Государства должны уменьшить бюджеты до минимума. Роль государств – охранять капитал. Экономикой должен заниматься капитал, а не государство.
2. Государства должны снизить налоги и меньше кормить бедных бездельников, пусть богатые богатеют.
3. Кредиты давать под большие проценты, стимулировать банки.
4. Обмен валют сделать свободным (этим самым укрепить гегемонию доллара).
5. Убрать преграды на пути перемещения капиталов из одной страны в другую. Уничтожить таможенные барьеры. Свобода торговли.
6. Единый налоговый режим для иностранцев и своих.
7. Поощрять рост крупных состояний. Чем больше миллиардеров, тем лучше.


Таким образом, социальное государство получило приговор. Средний и малый бизнес – тоже. Сформулирован раскол мира на «золотой миллиард» и изгоев. Негласно определено и созданы условия, чтобы миром правили должны не государства, а транснациональные корпорации. Наука (и искусство) стали зависимыми не от государств, а от корпораций. На первый взгляд – вполне демократично, а по сути? Эта программа чётко выполняется всеми. И у них, и у нас. Наши госаппаратчики чубайсовской эпохи, унизив государство и народ, обогатились за счёт его.


Как американцы спасают себя от кризиса?
Судорожно суча ножками.


1. Наращивают военную мощь и провоцируют других на гонку вооружений, надеясь таким образом подорвать экономику соперников.


2. Сеют цветные революции, поощряют хаос сепаратизма и межнациональных напряжений. Ослабляя соперников и разделяя конкурентов, они властвуют. Пока.


3. Разрабатывают точечные «боевые» вирусы, действующие против определённой расы. Так и хочется вспомнить о птичьем гриппе. Китай уязвим из-за генетически однородного населения. Поэтому там ударными темпами работают в генной инженерии.


4. Пытаются сделать качественный прорыв в технологии. Продолжают скупать наши же мозги. Билл Гейтс заявил, что лучшими специалистами, кардинально изменившими мир, являются российские и индийские. Технологический отрыв от соперников может отдалить крах Америки.


5. Усиливают информационную экспансию. Информационную войну в 80–90-х годах мы с треском проиграли из-за предательства и наивности собственных «демократов». Теперь народ уже устал от политики, американских полицейских на телеэкране и прочей примитивщины, но нас упорно травят этим ядом. Незаметно и плавно идеологическая, информационная война перерастает в психотронную. А это уже борьба не за умы, а за души. И методы здесь тонкие, экзотические и сложные для понимания даже весьма образованному человеку. Психотронное оружие опасно не только для психики, но и для здоровья. О том, как «испортили лицо» украинскому президенту Ющенко неквалифицированным использованием психотронных средств, читайте в статье «Магия и политические технологии» http://rustimes.com/blog/workshop.html .


6. Тихо договариваются и покупают политическую элиту государств-соперников или устраняют неугодную власть. В мире, где всё продаётся, всё возможно.


Украина
С момента развала СССР прошло почти 16 лет. А мы всё не живём, а выживаем. И чего-то ждём. И на что-то надеемся. И нет уверенности в завтрашнем дне. Нас отлично кормят «временными трудностями» и обещаниями. А если кто-то пытается организовать приличное дело, бьют по рукам. И почему-то власть ежедневно донимает нас своими проблемами и разборками. Работяге-шахтёру вообще-то пофигу, что там сказала Юлька и что ей ответил Витька, и что умно изобразил руками другой Витька.


Давайте сравним. В 1945 году страна лежала в развалинах. Через 16 лет в 1961 году было не только восстановлена экономика, но и построены заводы, атомные и гидроэлектростанции, Гагарин полетел в космос, страна крепко стояла на ногах, а Хрущёв в порыве оптимизма пообещал скорый (через 20 лет) коммунизм и изобилие. Сейчас Россия как-то встаёт на ноги. А Украина лежит. Ничего не построено, ни одного завода. Былая мощь ВПК полностью разворована. Это ж какой Мамай прошёл по стране, какой ураган, какая война тут была? А она идёт. Идёт война в мозгах народа, которому пудрят сознание какой-то особой национальной украинской идеей (хрен её задери) и государственностью (его туда же). В сёлах остались деды с детьми, бабы разъехались по Италиям в нелегальное рабство, а мужики – работать в «пьяную и ленивую» Россию. Интересно, где эти ленивые пьяницы берут деньги, чтобы платить украинским трудоголикам? И если ты такой трудяга, почему ты не богат?


Отчего это происходит? И кто всё это придумал? Послушаем З.Бжезинского.
«Однако более важное значение имеет Украина. В связи с расширением ЕС и НАТО Украина сможет в конечном счёте решить, желает ли она стать частью той или другой организации. Вероятно, для усиления своего особого статуса Украина захочет вступить в обе организации, поскольку они граничат с Украиной и поскольку вследствие происходящих на Украине внутренних перемен она получает право на членство в этих организациях. Хотя для этого потребуется определенное время, Западу не слишком рано — занимаясь дальнейшим укреплением связей в области экономики и безопасности с Киевом — приступить к указанию на десятилетний период 2005-2015 годов как на приемлемый срок инициации постепенного включения Украины, вследствие чего уменьшится риск возможного возникновения у украинцев опасений относительно того, что расширение Европы остановится на польско-украинской границе.


Несмотря на протесты, Россия, вероятно, молча согласится с расширением НАТО в 1999 году и на включение в него ряда стран Центральной Европы в связи со значительным расширением культурного и социального разрыва между Россией и странами Центральной Европы со времени падения коммунизма. И напротив, России будет несравнимо труднее согласиться со вступлением Украины в НАТО, поскольку её согласие означало бы признание ею того факта, что судьба Украины больше органически не связана с судьбой России. Однако если Украина хочет сохранить свою независимость, ей придется стать частью Центральной Европы, а не Евразии, и если она хочет стать частью Центральной Европы, ей придется сполна участвовать в связях Центральной Европы с НАТО и Европейским Союзом. Принятие Россией этих связей тогда определило бы собственное решение России также стать законной частью Европы. Отказ же России стал бы равносилен отказу от Европы в пользу обособленной «евразийской» самостоятельности и обособленного существования.


Главный момент, который необходимо иметь в виду, следующий: Россия не может быть в Европе без Украины, также входящей в состав Европы, в то время как Украина может быть в Европе без России, входящей в состав Европы. Если предположить, что Россия принимает решение связать свою судьбу с Европой, то из этого следует, что в итоге включение Украины в расширяющиеся европейские структуры отвечает собственным интересам России. И действительно, отношение Украины к Европе могло бы стать поворотным пунктом для самой России. Однако это также означает, что определение момента взаимоотношений России с Европой — по-прежнему дело будущего («определение» в том смысле, что выбор Украины в пользу Европы поставит во главу угла принятие Россией решения относительно следующего этапа ее исторического развития: стать либо также частью Европы, либо евразийским изгоем, т.е. по-настоящему не принадлежать ни к Европе, ни к Азии и завязнуть в конфликтах со странами «ближнего зарубежья»).


Следует надеяться на то, что отношения сотрудничества между расширяющейся Европой и Россией могут перерасти из официальных двусторонних связей в более органичные и обязывающие связи в области экономики, политики и безопасности. Таким образом, в течение первых двух десятилетий следующего века Россия могла бы все более активно интегрироваться в Европу, не только охватывающую Украину, но и достигающую Урала и даже простирающуюся дальше за его пределы. Присоединение России к европейским и трансатлантическим структурам и даже определенная форма членства в них открыли бы, в свою очередь, двери в них для трех закавказских стран — Грузии, Армении и Азербайджана, — так отчаянно домогающихся присоединения к Европе.


Нельзя предсказать, насколько быстро может пойти этот процесс, однако ясно одно: процесс пойдет быстрее, если геополитическая ситуация оформится и будет стимулировать продвижение России в этом направлении, исключая другие соблазны. И чем быстрее Россия будет двигаться в направлении Европы, тем быстрее общество, все больше приобщающееся к принципам современности и демократии, заполнит «чёрную дыру» в Евразии. И действительно, для России дилемма единственной альтернативы больше не является вопросом геополитического выбора. Это вопрос насущных потребностей выживания» (З.Бжезинский «Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы», апрель 1997).


Как видите, за нас – обитателей «чёрной дыры» – уже всё продумали. Нашему якобы президенту Ющенко лишь нужно послушно следовать указаниям из «вашингтонского политбюро». А чем же заканчивает свою демагогическую писанину «глобальный шахматист» З.Бжезинский? Цитируем окончание книги.


«В течение нескольких ближайших десятилетий может быть создана реально функционирующая система глобального сотрудничества, построенная с учётом геополитической реальности, которая постепенно возьмет на себя роль международного «регента», способного нести груз ответственности за стабильность и мир во всем мире. Геостратегический успех, достигнутый в этом деле, надлежащим образом узаконит роль Америки как первой, единственной и последней истинно мировой сверхдержавы».


А вы думали, Буш (как и весь американский народ в едином порыве) засыпает и просыпается с мыслью о величии Украины и поёт о том, что «вона ще не вмерла». Для того, чтоб Буш о вас иногда вспоминал и нашёл на карте с третьей попытки, надо стать великой Россией… или ещё какой-нибудь действительно суверенной занозой.


Есть ли у нас шанс на будущее? Шанс всегда есть. Только надо крепко думать собственной головой. Вот и призываю вас думать.

Роланд Шутов
 

Социальные сервисы:


Оставить комментарий

Откровения американцев

Говорит бывший соотечественник
(посетитель одного форума под псевдонимом flebus)


Я прожил в США более 12 лет и постигал всю её прелесть с самого низа! Куда ни глянь, во всех СМИ и интернетовских форумах вы бурно обсуждаете глобализацию, европеизацию, американизацию и американцев как предмет, о котором имеете отдалённое представление.


Поймите срочно, иначе будет поздно, что американизация не может лечь на какую-либо сложившуюся культуру. Прежде эта самобытная национальная культура должна быть разрушена. Фактически вы обсуждаете этот весьма «успешный» процесс.


Вы ругаете свою систему образования и меняете её на западный «стандарт». Но посмотрите, система образования в США не просто плохая, она ужасна. Тестирование в школах New York показало, что 67% детей после 8 класса не умеют читать и писать. Однако (лично свидетельствую) умеют нагло онанировать на задних партах. Это запросто.


Типичный американец – это малограмотный, агрессивный сноб! Вы такую «культуру» вы хотите получить взамен своей? Вбейте себе в наивную башку – англо-американское слово «аборигены» означает население захватываемой территории, которому уготовано стать рабами или быть уничтоженным. Именно так «они» величают население вашей (и моей) великой Родины. Пока вы будете постигать что есть «американизация», они сожрут всех вас и нас.


В 70х-80х годах мы заложили основы основ операционных систем, а "Microsoft" и иже с ними, накладывали картинки на них и гребли миллиарды. Вот так вас и нас оставили с носом. Посмотрите статью Ральфа Петерса
http://carlisle-www.army.mil/usawc/Parameters/97summer/peters.htm .


Это 1997 год! Уместно напомнить, что рывок от примитивного Windows3.1 до Windows95 был сделан в период 1991-1995 годов, то есть в годы массовой эмиграции наших специалистов. В 1992 году в США насчитывалось не более 400 специалистов, способных развивать базовые основы операционных и информационных систем. Статистика умалчивает о том, какой процент программистов составляли наши люди. Мало что изменилось и сегодня.


Уничтожают вас и нас самым гуманным способом. Будьте уверены, что бомбить (при добивании) нас будут очень «демократично», применяя самые совершенные системы наведения (это моя специальность по МВТУ) очень компактного, точечного ядерного оружия. И они (американцы), в силу очень глубоких «демократических традиций», будут уверять, что это есть благодеяние и что им нужно только разоружить нас (и уничтожить интеллектуальный потенциал). Но так будет только до того момента, когда доблестные морпехи (зажравшееся малограмотное, хорошо натренированное быдло) крепко получат в зубы от серьёзного противника. Все эти «Бонды» тут же наложат в штаны и перестанут махать флажками (США – страна без Отечества). Но вас и нас к тому времени может уже и не быть.
Это не досужая болтовня, это архи серьёзно! Нынешние «демократизаторы» – прямые потомки бандитов, работорговцев и рабовладельцев, а исполнители – американо-гориллы, второе поколение которых подрастает на моих глазах. На этом фоне солдаты и офицеры СС просто пример гуманизма! Не верите? Откройте любой журнал или газету. Вы увидели хоть одно человеческое лицо? Нет, только сияющие фальшивые улыбки. 200 миллионов в улыбчивых масках! Обсуждать нужно главное – как сохранить основы своей культуры, своих ценностей, своих научных школ, которые позволили за историческое мгновение сделать небывалый прорыв в истории человечества. Как предотвратить порабощение нас самих и наших детей. Для того, чтобы приблизиться к истине в отвлеченной дискуссии, нужно понять то, что глубоко сокрыто под розовым покрывалом демократии, свободы, «общечеловеческих ценностей» и прочих двойных стандартах.


Примечание
В письме flebus вы видели ссылку. Прилагаем статью Ральфа Петерса. Читайте.



Ральф Петерс
Постоянный конфликт
(перевод Ильи Иоффе)
Подполковник в отставке Ральф Петерс состоял в штате канцелярии заместителя начальника Штаба разведки и являлся ответственным за разработку способов ведения будущих войн. Перед тем, как стать начальником отдела Евразии, он занимался исключительно проблемами тактики. Выпускник колледжа при Командовании американских ВС и Генштабе, имеет степень магистра по международным отношениям. Зa время своей службы Петерс посетил в профессиональных и в личных целях более 50 стран, включая Россию, Украину, Грузию, Осетию, Абхазию, Армению, Азербайджан, Узбекистан, Казахстан, Латвию, Литву, Эстонию, Хорватию, Сербию, Болгарию, Польшу, Венгрию, Чехию, Пакистан, Бирму, Лаос, Тайланд и Мексику а также страны Андского нагорья. Он широко публиковался на военные и международные темы. Его шестой роман «Сумерки героев» был недавно выпущен издательством «Авон Букс». Это его восьмая статья для военно-теоретического журнала "Параметры".


Мы вступили в век постоянного конфликта. Информация является одновременно товаром и наиболее дестабилизирующим фактором нашего времени. До настоящего времени история была поиском и приобретением информации. Сегодня главная задача заключается в управлении информацией. Тот из нас, кто может сортировать, усваивать, синтезировать и применять релевантные знания, достигает профессиональных, финансовых, политических, военных и социальных высот. Мы, победители, - есть меньшинство.


Для народных масс мира, опустошённых информацией, которой они не могут управлять или эффективно интерпретировать, жизнь является «отвратительной, жестокой... и закороченной». Широкий шаг перемен подавляет. Информация есть двигатель и знак перемен. Те люди, в любой стране и регионе, которые не могут понять новый мир или извлечь прибыль из его неопределённости, примириться с его динамикой, будут становиться яростными врагами своих некомпетентных правительств, своих более удачливых соседей и, в конечном счёте, Соединённых Штатов. Мы входим в новое Американское столетие, в котором мы будем ещё богаче, ещё культурно беспощадней и ещё могущественней. Мы будем возбуждать беспрецедентную ненависть.


Мы живём в век множественности истин. Тот, кто предостерегает о «столкновении цивилизаций», - несомненно прав. Вместе с этим мы увидим невиданные прежде высочайшие уровни конструктивного сообщения между цивилизациями. Будущее великолепно. И оно также очень мрачно. Как никогда прежде много мужчин и женщин будут наслаждаться здоровьем и благосостоянием. И в то же время ещё больше людей будет жить в бедности и смятении, хотя бы только из-за жестокости демографии. Будет больше демократии (этой ловко-либеральной формы империализма) и возрастающего массового неприятия демократии. Одним из определяющих противоречий будущего станет конфликт между хояевами информации и её жертвами.


В прошлом владение информацией было в основном проблемой своих и чужих, такой же элементарной, как разделение общества на грамотных и неграмотных. Хотя информационное превосходство (часто воплощенное в военных технологиях) обладало убийственной мощью на протяжении всей истории, его эффект был решающим политически, но не персонально проникающим (если не считать грабежи и изнасилования). Технология применялась преимущественно для сокрушения ворот города, а не для изменения его природы. Рождение современного Запада сломало эту схему. Лишение собственности и дислокация, вызванные в Европе и за её пределами машинизацией производства и великой эпохой европейского империализма, привели к тому, что взрыв дезориентирующей информации проник глубоко в «структуры повседневной жизни» Броделя. Исторически незнание было счастьем. Сегодня незнание более невозможно, возможна только ошибка.


Современная экспансия доступной информации колоссальна, неограничена и разрушительна для отдельных людей и для целых культур, неспособных ею управлять. Радикальные фундаменталисты – бомбисты в Иерусалиме и в Оклахома-сити, моральные террористы справа и диктаторствующие мультикультуралисты слева – все они братья и сёстры, напуганные переменами, чувствующие ужас перед будущим, отчуждаемые информацией, которую они не могут примирить со своей жизнью и амбициями. Они жаждут возвратиться к золотому веку, которого никогда не существовало, или создать рай по своему собственному, ограниченному проекту. Они более не понимают этот мир, и их страх изменчив и легко возбудим.


Информация разрушает традиционные рабочие места и культуры; она соблазняет, предаёт, оставаясь при этом неуязвимой. Как вы можете противостоять информации, нагруженной на вас другими? Нет другой возможности кроме конкурирующего действия. Тех индивидуумов и культур, которые не присоединятся или не смогут соревноваться с нашей информационной империей, ждёт только неизбежный провал. Заметьте, что интернет для технически оснащённых недовольных есть то же, что ООН для слаборазвитых стран: он даёт иллюзию доверительности и общности. Попытка иранских мулл отколоться от современности окончилась провалом, хотя труп в чалме всё ещё ковыляет по окрестностям. Информация из интернета и с рок-видеокассет не будет ограничена. И фундаментализм не cможет контролировать своих детей – наших добровольных жертв.


Неконкурентноспособные культуры, такие как арабо-персидский ислам и отвергающий сегмент нашего населения, приходят в ярость. Их культуры атакуются, их дорогие сердцу ценности оказываются дисфункциональны, а преуспевающие прекрасно обходятся без них. Уволенный рабочий синий воротничок в Америке и боец милиции Талибан в Афганистане – братья в страдании.
Известно, что в течение почти всего 20-го века разрыв в доходах между верхом и низом сужался – это касается индивидуумов, стран и, в некоторых случаях, континентов. Страна или человек могли преуспеть просто за счёт воли и мускульных усилий. Вы могли работать упорнее других и победить на рынке. В этом была простая правда, и это давало почти вселенскую надежду. Эта модель умерла. Сегодня, в век трудосберегающих машин и технологий, существует избыток мускульной силы. В нашей стране мы видели, как профсоюзы промышленных рабочих с центральных позиций в общественной жизни скатились к положению почти полной иррелевантности. Эта тенденция необратима. В то же время ожидания выросли драматически. Возникло глобальное ощущение лжи и невыполненных обещаний. Большинство населения планеты чувствует, что оно долгое время играло по установленным для него правилам (по сути это не всегда было так) для того только, чтобы обнаружить, что кто-то невидимый изменил эти правила в одночасье. Американец, окончивший школу в 60-е годы, ожидал получить хорошую работу, гарантирующую ему и его семье безопасность и постоянно растущее благосостояние. Для многих таких американцев мир распался, даже при том, что масс-медиа продолжают пичкать их образами богатого и прекрасного мира, из которого они исключены. Эти отверженные люди чувствуют, что их правительство более не с ними, а только с привилегированными. Некоторые ищут утешения в религии. Большинство остаются законопослушными, работящими гражданами. Некоторые нет.


Зарубежный близнец таких американцев – исламист или африканец из нижней Сахары или выпускник университета в Мексике, сталкивается с неустойчивым правительством, безработицей, коррупцией, разрушающей его общество, женитьбой в нищете или невозможностью женитьбы и потоком информации, рассказывающей ему (преувеличенно и бесчестно) о том, как хорошо живёт Запад. В эпоху поп-телесериалов, видео и спутниковых тарелок этот молодой и ожесточённый мужчина получает искажённое представление о нас из бесконечных повторов «Династии» и «Далласа» или со спутников, излучающих «Бэйвотч» - источников, которые мы воспринимаем с насмешкой, считаем их недостойными серьёзного отношения к ним, как к факторам, влияющим на международные дела. Но разрушительность их влияния не поддаётся словесному описанию. Голливуд доходит туда, куда никогда не проникал Гарвард. И иностранец, неспособный почувствовать американскую реальность, попадает под влияние безответственных фантазий Америки о самой себе. Он видит дьявольски очаровательный, откровенно сексуальный, захватывающий мир, из которого он исключён – мир богатства, о котором он может судить только понятиями своей собственной бедности.


Большинство граждан планеты не экономисты. Они воспринимают богатство неэластично, как игру с нулевой суммой. Если увядающая Америка (как показано на экране) столь сказочно богата, то это может быть только потому, что она ограбила чью-то группу, страну или регион. Вдобавок к когнитивному диссонансу, отверженный иностранец не может совместить моральную испорченность Америки, высмеивание всего, что он приучен ценить, с американской несгибаемой карательной мощью. Как может нация, женщины которой «сплошь шлюхи», устраивать «Бурю в пустыне»? Это есть оскорбление Бога. И ответ может быть только демонический, говорящий о заговорах и подавлении, в которых замешаны секуляризованные и разочаровывающие обывателя элиты его же страны. Отверженный иностранец может захотеть атаковать «Великого Американского Сатану». Но Америка слишком далека (пока), и он применяет насилие в своей местности. Он не примет личную ответственность за неудачи, не задумается о том что, возможно, его культура «не работает». Вина всегда где-то снаружи. Культ жертвы становится универсальным феноменом, и он является источником динамики ненависти.
В среде мировой интеллектуальной элиты модно поносить «американскую культуру», причём особенно усердствуют в этом наши доморощенные интеллектуалы. Но традиционные интеллектуальные элиты теряют свою релевантность. И им на смену приходят когнитивно-практичные элиты, представленные такими фигурами как Билл Гейтс, Стивен Спилберг, Мадонна или наши наиболее успешные политики – люди, которые могут угадывать или создавать популярные желания, переделывая себя, если необходимо. Современная американская культура – самая могущественная в истории и самая разрушительная для соперничающих культур. В то время как некоторые культуры, такие как восточно-азиатские, способны выдерживать натиск с помощью адаптивного поведения, большинство культур на это не способны. Суть гения секретного оружия американской культуры состоит именно в том, за что её презирают элиты – в её подлинной народности. Она подчёркивает комфорт и удобство, простоту, и генерирует удовольствия для масс. Мы есть мечта Карла Маркса и его кошмар.


Светские и религиозные революционеры нашего столетия (20-го – пер.) делали одинаковую ошибку, воображая, что рабочие всего мира, или верующие, просто не могут дождаться вечера, чтобы скорее прийти домой и начать изучать Маркса или Коран. На самом деле и Джон Сикспэк, и Иван Типичный, и Али Куат предпочтут «Бэйвотч». Америка поняла это и сумела блестяще применить своё знание. Наше культурное могущество нанесёт ущерб тем культурам, которые оно не сможет подорвать. Не существует «достойного соперника» в культурной (или военной) области. Наша культурная империя привлекает всё больше мужчин и женщин повсюду. И они платят за привилегию потери иллюзий.


Американская культура подвергается критике за непостоянство, за свою «одноразовую» продукцию. Но в этом её сила. Все предыдущие культуры пытались найти идеал, достигнув которого, можно было бы пребывать в состоянии статического совершенства. Американская культура есть культура средств, а не цели, - динамический процесс, который создаёт, разрушает и опять создаёт. Если неустойчивы наши труды, то таковыми являются и величайшие дары жизни – страсть, красота, прозрачность света в зимний полдень, да даже и сама жизнь. Американская культура – живая.


Яркость, жизненность находят отражение в нашей военной силе; мы не ищем ультимативных решений – только постоянное улучшение. Все предшествующие культуры как в общем, так и в военном плане, стремились достигнуть идеальной формы жизни и зацементировать её. Американцы, как в форме, так и без, всегда предпочитали перемены (отдельные индивидуумы противились переменам, и их консерватизм был здоровым ограничением национальных крайностей и излишеств). Американская культура есть культура бесстрашных.
Наша культура также является первой, действующей на включение а не на исключение. Фильмы, наиболее презираемые интеллектуальной элитой, показывающие крайнюю жестокость и самый откровенный секс – есть наше самое популярное культурное оружие, покупаемое или тиражируемое пиратским способом повсюду. Американские боевики, часто в ужасных копиях, доступны от Верхней Амазонки до Мандалая. Они даже более популярны чем наша музыка, потому что их легче понимать. Боевики со Сталлоне, Шварцнеггером и Чаком Норрисом основаны на визуальном нарративе и не требуют диалога для понимания основного сюжета. Они работают на уровне универсального мифа, предтекста, обращаясь к наиболее фундаментальным импульсам (тем не менее мы ещё не произвели фильм такого же жестокого и беспощадного как «Илиада»). Они изображают героя, злодея, женщину которые побеждают или проигрывают, а также насилие и секс. Жалуйтесь хоть до конца света – это продаётся. Растущая популярность за границей банального сериала «Рембо» говорит о человеческой природе гораздо больше, чем целая библиотека философской литературы.


Когда мы говорим о мировой информационной революции, эффект видеообразов является более быстрым и интенсивным чем эффект компьютера. Образ впечатывает текст в массовое сознание, в то время как компьютер остаётся текстуальным продуктом, требующим особых навыков: компьютеры обозначают границу зоны привилегированных. Мы используем технологии, чтобы расширить наше богатство, власть и возможности. Удел остальных – поп-культура. Если религия это опиум для народа, то видео – его крэк, кокаин. Когда мы и они сталкиваемся – они шокируют нас своей жестокостью, но статистически мы побеждаем.


Чем больше человеческих существ будут подавлены информацией или разорены воздействием информационных технологий, тем быстрее насилие будет возрастать. Жертвы информации часто не будут видеть иного выхода. Работа будет становиться всё более умственной, и те, кто не сможет найти место, будут реагировать отрицанием разума. Мы увидим страны и континенты, разделённые на бедных и богатых по тенденциям отличных от таковых в 20-ом веке. Развивающиеся страны не смогут существовать за счёт индустрии, так как всегда будет находиться страна, готовая предложить более дешёвый труд. Неимущие будут ненавидеть и пытаться атаковать имущих. И нас в США будут продолжать воспринимать как предельно имущих. Страны будут бороться за преимущества или реванш, в то время как их общества будут кипеть. Из традиционных преступлений терроризм будет самой распространенной формой насилия, но международый криминал, гражданское несогласие, сепаратизм, пограничные конфликты и конфессиональные войны будут продолжать терзать мир. Чтобы защитить свои интересы, своих граждан, союзников или клиентов, Соединённые Штаты будут вынуждены вмешиваться в некоторые из этих противостояний. Мы будем побеждать всякий раз, когда будем мужественны.


Мира не будет. В любой момент нашей последующей жизни множество конфликтов в изменяющихся формах будут происходить по всему миру. Конфликты с применением силы будут преобладать в заголовках новостей, но культурная и экономическая борьба будет жестче и, однозначно, более решающей. Фактическая роль ВС США будет сводиться к поддержанию мира стабильным для нашей экономики и открытым для нашего культурного наступления. Ради этих целей мы будем убивать столько, сколько нужно.
Чтобы производить эти необходимые убийства, мы создаём вооружённые силы на информационной основе. По прежнему потребуется немало мускульной силы. Но основа нашего военного искусства будет заключаться в том, чтобы знать о враге больше, чем он о себе знает сам, эффективно и квалифицированно манипулируя данными, стараясь не дать оппонентам воспользоваться теми же преимуществами. Это потребует технологий, но подходящие системы будут не бюджетными вампирами, типа пилотируемых бомбардировщиков и стратегических субмарин, которые мы продолжаем приобретать благодаря инерции, эмоциональной привязанности и мощи лоббистов оборонной промышленности. Наши наиболее важные технологии будут поддерживать солдат и морпехов на земле, оптимизировать командные решения, давать нам возможность убивать точно и выживать среди хаоса (например, в условиях сложных городских сражений). Единственное предполагаемое использование наших подводных лодок – это снять с них вооружение, поставить в доки и превратить в жильё для бедняков. Для миллиардных бомбардировщиков вообще не будет никаких оправданий.


В течение жизни поколения, а возможно и много дольше, у нас не будет достойного противника в военной области. Наши враги будут бросать нам вызов другими способами. Насильственные действия будут исходить от небольших враждебных групп, обладающих способностью нанести неожиданный резкий удар или просто оглушающей волей к насилью (или и тем и другим). Предательские элиты, а не чужестранные флоты, должны нас беспокоить. Урбанизация глобального ландшафта представляет большую угрозу для наших операций, чем любая существующая или предвидимая военная система. Мы будем иметь дело не с традиционными войнами типа Real politic, а с конфликтами, порождаемыми коллективными эмоциями, локальными интересами и системными коллапсами. Ненависть, зависть и жадность (эмоции более чем стратегия) будут диктовать условия схватки.


Мы выживем и победим в любом конфликте, в котором не будет применено оружие массового уничтожения. Но перманентные конфликты, в которые мы время от времени будем вмешиваться, будут ничтожны, как и любая другая форма военных действий с вовлечением наших солдат и морпехов. Штык будет по-прежнему оставаться важным и релевантным. В то же время, наше информационное превосходство должно быть острее штыка и позволять нам побеждать многих (но никогда не всех) врагов, находящихся вне пределов действия штыка. Наше информационное преимущество над остальными странами будет так велико, что главной задачей будет обуздать его мощь. Нашей потенциальной национальной слабостью может стать неспособность поддерживать уровень моральных и физических сил, необходимый для того, чтобы всадить этот штык в сердце врагу. Пилоты, шкиперы и чиновники от обороны требуют модели угроз, рисующие страны X и Y, превзошедшие в течение 10–20 лет военные возможности США. Забудьте об этом. У нашей военной мощи – культурная основа. Враги не смогут соперничать с нами, не став нами. Мудрые соперники не будут даже пытаться победить нас нашими средствами. Вместо этого они будут стремиться уйти от военной конфронтации и перейти к террору и нетрадиционным формам атаки на наше национальное единство. Только идиот будет воевать по правилам.


Скроенные из мёртвых кусков модели, имеющие цель убедить Конгресс, что русские только лишь взяли паузу для нового глотка воздуха или, что китайцы находятся лишь в нескольких милях от калифорнийского побережья, предполагают, что пока другие страны принимают правильные решения, правильно анализируют разные направления и продолжают увеличивать темпы экономического роста, Соединённые Штаты дремлют. Напротив. Соединённые Штаты бодрствуют и направляют вторую «индустриальную» революцию, в сравнении с которой первая индустриальная революция, пиком которой стал великий век империализма, будет выглядеть любительской репетицией. Только США обладают способностью синтеза, законодательной базой и культурной гибкостью, позволяющими оставаться у распределительного крана мирового богатства.


Не так давно русские намеревались нас одолеть. Затем были богатые нефтью арабы, затем японцы. Один экономист, нобелевскийй лауреат, даже высчитал, что старушка Европа будет доминировать в следующем столетии (гарантированная скука, если это правда). Теперь наша Немезида – китайцы. Вне сомнений, наши индустриальные Кассандры скоро найдут причину опасаться Галапагоса. А тем временем средний американец может предвкушать увеличение продолжительности жизни, обеспеченную старость и свободный доступ к самой триумфальной в истории культуре. Для большинства наших сограждан наша вульгарная, почти хаотическая и великолепная культура есть главный двигатель позитивных исторических перемен.


Свобода работает
В военной сфере будет невозможно превзойти и даже приблизиться к возможностям сил на информационной основе, потому что они есть по сути своей продукт нашей культуры. Наша информационно оснащенная Армия будет использовать множество великолепных средств, но основой её силы будет солдат, а не машина. И наши солдаты будут обладать навыками, которые другие культуры не способны репродуцировать. Разведывательные аналитики, избегая сложности человека, любят оценивать силу противника теми средствами, которые он способен приобрести. Но приобретать или производить материалы недостаточно. Это не сработало у Саддама Хусейна, не будет работать и у Пекина.


Сложную систему взаимоотношений человек-машина, разработанную в американских ВС невозможно продублировать заграницей, так как не одна страна не сможет воспроизвести у себя информационные способности наших солдат и офицеров. Несмотря на все жалобы, во многом оправданные, на нашу систему общественного образования, целостная и синергетическая природа образования в нашем обществе и культуре наделяет будущих солдат и морпехов естественным восприятием технологии и такой способностью сортировать и ассимилировать огромные количества разнообразной информации, которой никогда не достигнуть другим народам. Информационные способности нашего среднего мидл-классового ребёнка приводят в остолбенение любого, рождённого ранее 1970 г. Наши компьютерные дети функционируют на уровне, недоступном даже для иностранных элит. И этим они в равной степени обязаны как школе, так и телерекламе, CD-ROM и видеоиграм. Мы превзошли нашу систему образования 19-го века так же, как превзошли пилотируемый бомбардировщик. Тем временем наши дети проходят дарвиновский естественный отбор, поглощая такие дозы информации, которые отпугивают многих взрослых. Эти дети станут техно-воинами. Нам надо только быть уверенными в том, что они делают зарядку.


Существует полезное немецкое выражение "Die Lage war immer so ernst", которое можно перевести как «Небо всё время становится ниже». Несмотря на наши приятные страхи и жалобы, мы живём в самой могущественной и крепкой культуре на земле. Её дискретность и противоречивость часто являются её силой. Мы не способны выполнять пятилетние планы, и это есть хранящее нас благословение. Наша подвижная изменчивость в потреблении, технологии и на поле боя – есть сила, к которой наши соперники никогда не приблизятся. Мы двигаемся очень быстро. На пике нашего военного искусства мы стали Натаном из Бедфордского леса, скачущем на микрочипе. Но когда мы настаиваем на приобретении непозволительно дорогих, традиционных средств вооружения, мы растрачиваем нашу великолепную гибкость. Сегодня мы завязли в закупках уже устаревших вооружений, которые не позволят нам развивать человеческие возможности для решения будущих задач. В 2015 г. и далее мы будем получать в наше распоряжение системы не более подходящие, чем танки Шермана и пропеллерные бомбовозы сегодня.


Мы не обеспечиваем будущее нашей обороны, а парализуем его. У нас будет самое быстрое и сообразительное войско на земле, а мы всеми силами запихиваем его в технологическую смирительную рубашку.


Сегодня не существует «большой угрозы». Не видно её и на горизонте. Вместо того, чтобы готовиться к битве за Мидуэй, нам надо сфокусироваться на постоянных конфликтах самого различного вида, которые будут ожидать нас (и убивать нас) дома и за границей. Существует множество угроз, но любимые динозавры вымерли.


Мы переделаем, перепроизводим и, если надо, переборем весь остальной мир. Мы также можем его передумать. Но наши военные не могут войти в 21 век, цепляясь за модели 20-го. Наш национальный аппетит на информацию и наша искушённость в обращении с ней позволят нам пережить и превзойти все иерархические культуры и общества, контролирующие информацию, и (реджекционистские) государства. Навыки, необходимые для новейшего информационного века, могут быть приобретены только начиная со школьной скамьи и при условии полного погружения. Общества, которые боятся, и потому не могут управлять свободным потоком информации, не будут конкурентоспособны. Они могут владеть технологией для просмотра видео, а мы будем писать сценарии, продюссировать их и собирать авторские гонорары. Наша креативность разрушительна.


Если мы будем настаивать на «испытанных» подходах к военному делу, мы упустим наше величайшее национальное преимущество.
Мы должны быть уверены, что наша армия на информационной основе основана на правильной информации.


В условиях постоянного конфликта среди быстрого распространения информации, реакция военных ограничилась броской фразой – информационная война. Несмотря на то, что велось много разговоров об информационной войне, они в основном напоминали обсуждение секса старшеклассниками – все хотят похвастаться, но ни у кого нет знаний. Мы давали оборонные деньги подрядчикам, чтобы услышать то, что нам и так известно. Сегодня мы решили, что информационная война есть вопрос технологии. Но это всё равно, что полагать, что ваша стерео система важнее для музыки чем музыкант.


Ничего страшного. Мы уже являемся хозяевами информационной войны, и мы в конце концов сумеем дать ей определение. Оставим эту суету учёным. Когда речь идёт о нашей технологии (а всякая технология есть военная технология), то русские не могут её создать, арабы не могут её себе позволить, и никто не может её украсть так быстро, чтобы сократить разрыв. Один большой призрак, Китай, достиг удивительных темпов роста, потому что китайцы запоздало проходят индустриальную революцию при более чем миллиардном населении. Без сотрясающей культуру переоценки роли свободной информации в обществе, китайцам никогда не достигнуть нашего уровня.


Да, другие культуры переосмысливают свою идентичность (обычно без заметного успеха) и они даже пытаются избежать нашего влияния. Но американская культура это инфекция удовольствия, и вам не обязательно умирать от неё, чтобы ваши целостность и конкурентоспособность были подорваны. Само сопротивление чужих культур американскому проникновению решающим образом отвлекает их энергию от стремления к будущему. Нам не следует бояться пришествия фундаментализма или реджекционистских режимов. Они просто гарантируют провал своих народов, увеличивая при этом наше превосходство.


Конечно, военначальникам трудно постигать войну, информационную или какую-либо другую, в таких широких понятиях. Но Голливуд «готовит поле брани», и пулям предшествуют гамбургеры. Флаг следует за торговлей. Несмотря на нашу капитуляцию после победы на поле битвы в Могадише, образ военной мощи США не только сдерживает, но и является средством в психологической войне, постоянно воздействующим на наших оппонентов. Саддам преисполнен важности (статья написана в 1997 году – пер.), но образ американской армии, сокрушившей иракцев на поле брани, действует сильнее тысяч бомб, сброшенных в песок. Все нас боятся. Они действительно верят в то, что мы можем действовать как в кино. Если троянцы «видели» Афину, направляющую греков, то иракцы видели Люка Скайвотера, возглавляющего танки МакКафри. Наш бессознательный альянс культуры с убивающей мощью – это множитель боевой силы, который никакое правительство, включая наше, не может ни придумать, ни позволить себе. Мы волшебны, сверхъестественны. И мы будем продолжать в том же духе.


Внутри традиционной военной парадигмы наше движение к информационной войне продолжалось бы десятилетиями. Наше отношение к собиранию и, особенно, к распространению данных внутри воинских подразделений, порвало с мировой военной традицией, согласно которой решающая информация концентрировалась только в высших командных эшелонах. Сохраняя вертикальную подчинённость, наша армия информационно демократична. Наша способность децентрализовать информацию и принятие решений есть революционный прорыв (немцы до 1945 г. децентрализовали принятие некоторых тактических решений, но только в рамках регулируемых ограничений, они не могли позволить себе существенное распространение информации).


Никакой военный истэблишмент никогда не допускал такого доверия лейтенантам, сержантам и рядовым, и не допустит в будущем. На самом деле, диффузия информации в наших ВС куда больше, чем мы это себе представляем. Прагматичное поведение ежедневно ниспровергает устаревшие структуры, такие как подразделения и штабы. Старые имена остаются, но поведение изменяется. Что общего, кроме флага, имеют между собой дивизия 1997 г. и дивизия Второй Мировой Войны? Даже если традиционалисты сопротивляются реформированию ВС, «анархия» лейтенантов формирует армию завтрашнего дня. Командиры батальонов не понимают, на что способны их лейтенанты, и генералы не смогут заснуть ночью, если узнают, что знают командиры батальонов. Пока мы спорим о переменах, армия сама себя меняет. Морпехи делают прекрасную работу, изобретая себя заново, оставляя при этом сущность неизменной. И их достижение должно приветствоваться Армией. ВВС и ВМФ остаются строго иерархическими.


Культура – это судьба. Страны, кланы и отдельные солдаты являются продуктами своих культур, и они либо пользуются доверием, либо остаются невольниками. Большинство населяющих этот мир – пленники своих культур, и они не могут восстать против несоответствий, которых они не могут принять и избежать. Сегодняшнее бахвальство некоторых азиатских лидеров о деградации, слабости и уязвимости американской культуры напоминает демагогию японских милитаристов перед тихоокеанской войной. Я не предполагаю, что кто-то из этих лидеров намерен атаковать нас, они всего лишь неправы. Свобода всегда кажется слабостью тем, кто её боится.


В канун распада СССР некоторые комментаторы заявляли, что свобода победила и наступает конец истории. Но у свободы всегда найдутся враги. Проблема свободы в том, что она всегда слишком свободна для тиранов, будь они диктаторами, расовыми или религиозными супрематистами, или жестокими мужьями. Свобода бросает вызов существующим порядкам, выявляет фанатизм, открывает возможности и требует личной ответственности. Что может быть более угрожающим для традиционных культур? Явление нового информационного века открыло новую главу в борьбе человечества за свободу и со свободой. Это будет кровавая глава, с разбиванием компьютеров и голов. Задачей номер один для незападных правительств в ближайшие десятилетия будет найти способ совладать с потоком информации внутри их обществ. Они совершат ошибку, если пойдут по пути консерватизма и ограничения информации и подорвут свою конкурентоспособность. Их провал запрограммирован.


Следующий век действительно будет американским, но он будет и очень проблематичным. Армия США добавит не одну почётную полосу на свой флаг. Мы будем вести информационную войну, но мы будем использовать пехоту. И мы всегда будем удивлять тех наших и зарубежных критиков, которые будут предрекать наш упадок.


Руслан Пуршега

(подборка, редакция, корректура)
 

Социальные сервисы:


Комментариев: 3

Стратегические задачи ядерно-космической энергетики

Использование ядерной энергии в околоземном пространстве должно быть строжайше запрещено. Имеется весьма печальный опыт советских и американских ядерных программ в околоземном пространстве. По оцен-кам NASA в случае аварии до 5 млрд. человек могли получить радиотаксичное поражение в результате распыления плутониевого ядерного топлива в атмосфере Земли. Наибольшую опасность представляют именно выбросы радиоак-тивного плутония. Из-за возможности аварий при выведении космических аппаратов с ядерными установками на бор-ту на орбиту использование плутония в космических программах должно быть строжайше запрещено.

Основным вопросом, стоящим на пути прогресса в современном мире, является вопрос о развитии базовой энергетики, базирующейся на доступе к энергетическим ресурсам. Именно стремление всех активно развивающихся стран к обладанию базовыми энергетическими возмож-ностями, а также крайняя неравномерность их распределения лежат в основе коренных противо-речий и проблем современного мира. Все эти проблемы по существу сводятся к вопросу, который можно сформулировать так. На Земле проживает около 6 млрд. человек. Из них нормально (на ци-вилизованном уровне) живет около 1,5 млрд. человек. Однако если уровень жизни всех поднять до западных стандартов, то нагрузка на биосферу Земли увеличится многократно. Этого биосфе-ра не выдержит. По прогнозам ООН к середине XXI века численность населения Земли достиг-нет 9-10 млрд. человек. К этому моменту никакие земные ресурсы и, в первую очередь энергети-ческие, не смогут удовлетворить потребностей населения Земли. Любая крупная технологическая деятельность на Земле станет паразитической. Единственным выходом будет промышленно-энергетическая экспансия в космос.

 

Средством освоения космоса является ракетная техника. Од-нако на химических двигателях никакие крупные задачи в космосе решены быть не могут. Напри-мер, вес космического корабля, стартующего на Марс с опорной орбиты вокруг Земли, с целью высадки на Марс двух космонавтов и их возвращения на Землю через три года после старта, со-ставит около двух тысяч тонн. При использовании самого крупного советского носителя Н-1 или американского «Сатурн-5» сборка космического корабля на опорной орбите займёт не менее двух лет. Поэтому единственным средством промышленной экспансии человека в космос будет ядерная энергия. Для того чтобы эти работы были технологически готовы к внедрению хотя бы к середине века необходимо немедленно начинать их реализацию. Работы в этом направлении велись только в СССР и США. Технологический уровень советских разработок был по объёму и достиг-нутым параметрам существенно выше американских.

 

Развёртывание практических работ в космосе по добыче полезных ископаемых и созданию энергетических систем будет возможно только с использованием малых планет (Луна, Марс, внешние планеты Солнечной системы, спутников крупных планет) и астероидов. Для их освоения потребуются ядерные двигатели «большой» тяги (порядка нескольких тонн). Работы над такими двигателями велись в шестидеятые-семидесятые годы в СССР (двигатель 11Б97) и США («Pluto» и «Nerva»). Например, использование двигателя «Nerva» на третьей ступени ракеты «Сатурн-5» позволяло увеличить вес полезной нагрузки, доставляемой на Луну с 5 до 40 тонн. Создание же ядерного газо-фазного двигателя схемы «В», разрабатывавшегося в СССР под руководством В.М. Иевлева позволило бы решить практически любые задачи в космосе, включая промышленное ос-воение крупных планет.

 

В открытом космосе при решении промышленно-энергетических задач, таких, например, как транспортировка металлических астероидов из астероидного пояса солнечной системы на ор-биту Земли, добыча гелия-3 на внешних планетах Солнечной системы и др., необходимо будет ис-пользовать электроядерные двигатели. В значительных масштабах эти работы выполнялись толь-ко в СССР. Так в 60-70 годы были созданы уникальные плазменные двигатели типа ТСД (торце-вые сильноточные двигатели) мощностью до 1,5 мВт. на тягу до нескольких десятков кг. Системы ориентации и коррекции космических аппаратов с длительным временем функционирования были созданы также в СССР на базе электроплазменных двигателей СПД (стационарные плазменные двигатели). Сегодня практически все космические державы используют их на своих аппаратах. Постоянно в космосе функционирует не менее 50 спутников, оснащённых этими двигателями. В связи с тем, что за пределами орбиты Земли солнечное излучение становится достаточно слабым, реальные промышленно-энергетические задачи в космосе могут быть решены исключи-тельно с помощью ядерных энергетических источников.

 

Задачи в околоземном пространстве могут быть решены в основном с помощью солнечных батарей, мощность которых сегодня достигает 20 кВт. Использование ядерной энергии в около-земном пространстве должно быть строжайше запрещено. Имеется весьма печальный опыт со-ветских и американских ядерных программ в околоземном пространстве. Так в 1964 году амери-канский спутник «Транзит» с радиоизотопным генератором при запуске потерпел аварию и сгорел над Индийским океаном. При этом над океаном было рассеяно более 950 грамм плутония-238. Это больше, чем в результате всех проведённых до того времени ядерных взрывов. Советские ус-тановки «Бук» (термоэлектрическое преобразование энергии) и «Топаз» (термоэмиссионное пре-образование энергии) имели мощность от 3 до 10 кВт. (в принципе разрабатывались установки с термоэмиссионным преобразованием энергии мощностью до 100 тыс. кВт.). Ими оснащались спутники-шпионы серии «Космос». В 1987 г. спутник «Космос-954» сгорел в атмосфере, загрязнив около 100 тыс. кв. км. территории Канады. То же произошло со спутником «Космос-1402» в 1983 г. над Южной Атлантикой. Особую угрозу нёс американский космический зонд «Кассини», запу-щенный в 1997 г. и имевший на борту ядерный реактор с 32,7 кг. плутония-238. В августе 1999 г. на пути к Сатурну он пролетел всего в 500 км. от Земли. По оценкам NASA в случае аварии до 5 млрд. человек могли получить радиотаксичное поражение в результате распыления плутониевого ядерного топлива в атмосфере Земли. Наибольшую опасность представляют именно выбросы ра-диоактивного плутония. Например, всего 450 г. плутония-238 при его равномерном распределе-нии, достаточно, чтобы вызвать рак у всех людей, населяющих Землю. Плутоний-238 и другие чётные изотопы плутония содержится в отработавшем топливе реакторов на тепловых ней-тронах.

 

На орбитах высотой 800-1000 км. в настоящее время находится около 50 объектов с радио-активными фрагментами. Там же «консервируются» активные зоны ЯЭУ со сроком до 200 лет. Однако в результате столкновений эти сроки могут существенно сократиться.

 

В силу сказанного и из-за возможности аварий при выведении космических аппара-тов с ядерными установками на борту на орбиту использование плутония в космических про-граммах должно быть строжайше запрещено. В космос допустимо выводить только реакторы с ураном-235, запуск которых возможно осуществлять только после их удаления от Земли на доста-точное расстояние. Утилизация ядерных космических установок должна производиться на Солн-це. Для этого потребуется суммарный импульс реактивной установки, способный обеспечить при-ращение скорости до 30 км./сек.

 

Данная стратегия является единственной возможность решения проблем нераспростране-ния ядерного оружия в мире и, в частности, современных проблем Ирана. На предложение Ирана прекратить обогащение урана-235 следует ответить: «давайте, в рамках ЯРТ-энергетики».



Выводы:
1. Использование ядерных энергетических установок в ближнем космосе должно быть за-прещено. Все околоземные программы должны выполняться только на солнечных бата-реях.
2. Использование плутония в космосе и на Земле должно быть запрещено.
3. В космос могут выводиться только «холодные» ЯЭУ с ураном-235 в качестве топлива с их включением только после их удаления на расстояния, гарантирующие их невозврат на Землю в случае любой аварии.
4. В целях сохранения урана-235 для безальтернативного использования в космических промышленно-энергетических программах его применение в наземной энергетике должно быть строжайше запрещено.
5. Ядерно-энергетические программы на Земле должны реализоваться в рамках ЯРТ энер-гетики, путём прямого сжигания урана-238 и тория.
6. Работы по ядерно-космическим программам на базе работ, выполненных в СССР и США, должны быть начаты немедленно с целью обеспечения их промышленного раз-вёртывания к середине XXI века.



Член Совета Федерации Федерального Собрания РФ,
председатель комитета Рыжков Н.И.

Член Совета Федерации Федерального Собрания РФ,
профессор Чеченов Х.Д.

Зам. директора ВНИИАМ, профессор Острецов И.Н.



Примечание
Представленный на нашем сайте эксклюзивный материал размещён по личной просьбе профессора Острецова Игоря Николаевича. Мы и в дальнейшем будем публиковать его статьи и монографии.
 

Социальные сервисы:


Комментариев: 1
Прыг: 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33
Скок: 10 20 30